"Самая жестокая тирания та, которая выступает под сенью законности и под флагом справедливости."
Шарль Монтескье
Двадцать шесть лет лучшие аналитики изучают профиль Путина и продолжают гадать: чего он хочет? Можно точно сказать – он не безумец, и не рациональный игрок. Он – циничный фанатик.
Его сознание – операционная система КГБ: мир это заговор, власть это единственная реальность, когда раскроем заговор – заберем под себя все, что захотим. "Русский мир", "традиционные ценности" и прочее кремлевское словоблудие – для тех, кто нуждается в смысле. Сам он в идеологиях не нуждается и давно живёт внутри видеоигры Domination без кнопки Exit из фильма про Джеймса Бонда, но смерти его врагов реальны – не от удара током, а от "Новичка", полония, неудачно расположенных окон. Любимый герой – Йоган Вайс – разведчик, завербовавший Генриха Шварцкопфа с нетленкой "Победа или смерть!", что стало лозунгом для всей страны, пожелавшей стать агентом Путина.
Примем версию – циничный фанатик в стадии аутофагии: окружение докладывает лишь то, что он хочет услышать, а грань между расчётом и бредом стерта. Александр Невзоров, знавший Путина лично, описал его как существо со "сверхценными бредовыми идеями" – убеждениями, настолько заряженными эмоциями, что они подавляют любую связь с реальностью. Это делает его опаснее других диктаторов.
Но Путин не причина, а функция, у которой есть экономический фундамент. У страны с таким лидером и таким народом должна быть не экономика, а смертономика, идея которой была украдена и творчески развита. Вот как это получилось.
Версия 0.0: в 19 веке османские вакфы институционализировали социальное обеспечение павших на поле боя, а статус шахида давал не только духовное, но и материальное измерение.
ХАМАС усовершенствовал это до версии 1.0, превратив шахидов в бюджетные статьи: ежемесячные выплаты семьям, "наборы мученика", шкала платежей за смерть, привязанная к количеству убитых евреев.
Кремль масштабировал эти практики, апгрейдив до 2.0: не благотворительность и не террористический бюджет (хотя осталась внутренняя близость с ХАМАС), а полноценная отрасль экономики. Корпорации ("Газпром", РЖД) и региональные власти рекрутируют смертников, вербуя их в Африке, Йемене или Бангладеш (госзакупка по 44 ФЗ – экономия на подъемных и "гробовых" иностранных наемников, загранкомандировки для чиновников, опять же).
Смерть на войне стала главным драйвером экономики в беднейших субъектах федерации, поэтому страна уже не может существовать без войны. Если украинский фронт заморозится, эта воровайка рухнет, потянув за собой целые регионы.
Выходит, новая война – не авантюра, а экономическая необходимость, и вот почему. Российская государственность строилась не на договоре, а на мобилизации: человек всегда был ресурсом, а не субъектом. Смертономика – предельное выражение этой тысячелетней логики и она следует за культурой: смерть становится валютой не потому, что это выгодно, а потому что уже была допустима – в сознании людей, в структуре власти. Война порождает смертономику, а не наоборот, поэтому вопрос не в том, будет ли новая война, а где и когда.
А как циничный фанатик начинает войны? Всегда через обиды, глубоко укоренившиеся фобии и инфантильный перенос вины на других. Мир разделен на "мы" и "они", где "они" всегда виноваты.
Поэтому агрессия Кремля выглядит как обеспечение безопасности: Грузия-2008 – "принудили", Крым-2014 и восток Украины – "защитили", вся Украина-2022 – "денацификация". Среда не равна решению, и не ясно, где появятся "зеленые человечки". Поэтому смотрим за индикаторами.
Первый – ужесточение риторики: будет сфабрикован casus belli – "геноцид русскоязычных" в Приднестровье, "угроза безопасности" после заявки Еревана в ЕС, "защита соотечественников" на севере Казахстана, "права русских" в Балтии. "На нас вероломно напали" всегда предшествует агрессии – такова гитлеровско-сталинско-путинская парадигма.
Второй – повышение градуса вербальной интервенции, предшествующей кинетической. Январь 2022-го – посол РФ в Швеции: мы "срали на санкции". Февраль 2022-го – Украина. Март 2026-го – Ушаков послал советников Макрона на три буквы. Смотрим, когда – апрель?
Третий индикатор – разворачивание военной логистики под флагом "учений". "Кавказ-2008" закончился атакой на Грузию, учения у границы февраля 2022-го – агрессией в Украине, "Zапад-2025" впервые с 2021 года прошёл в округе, граничащем с Польшей (отрабатывалось наступление через Сувалкский коридор). Литовская разведка в марте 2026-го фиксирует разворачивание бригад в дивизии вдоль восточного фланга НАТО.
Но самый тревожный сценарий: триггер сработает без Путина. Силовики могут устроить инцидент (внутри, вовне), чтобы продолжать наживаться на войне и поставить его перед фактом – аналог в российской истории есть: взрывы домов в 1999 г., организованные ФСБ для запуска Второй чеченской войны и выбора нужного службе президента (подробности – в книге историка Юрия Фельштинского). Тогда он был бенефициаром, теперь превратится в заложника.
А кто сдерживает Путина на внешнем контуре? Конечно, ставший партнером Китай, который держит поводок из расчёта: энергоносители в обмен на чипы и компоненты для дронов и ракет. Но расчёт Пекина может сместиться, и тогда тайваньский кризис превратит нападение на Молдову в важный элемент китайской стратегии.
Иранская ситуация (более 20 тысяч ударов, Хаменеи и Лариджани убиты, нефть в коридоре 80-120 долларов, Ормузский пролив заблокирован, Вашингтон ссорится с партнерами, втянулся глубоко и без быстрого выхода) открыла Кремлю два окна одновременно:
– на фоне ударов по Ирану гибридный инцидент в условных Кишинёве или Нарве затеряется в новостях. Эту модель эстонская разведка наблюдает как раз в Нарве, где кремлеботы в марте 2026-го стали продвигать идею по созданию "народной республики", копируя "ДНР"-"ЛНР". А ведь Трамп только отвернулся на Залив;
– балканизация Ирана создаст вакуум в Закавказье, где у Москвы незакрыты гештальты – Армения, Грузия, Азербайджан.
Таким образом, тайваньский кризис, война на Ближнем Востоке и отвлечённый Вашингтон создают максимально опасный сценарий.
Хищник выбирает слабейшего. Страны Балтии – сильны статьей 5 НАТО, которую Кремль и будет тестировать. Но есть слабые: Молдова с российскими войсками в Приднестровье и коридором с юга Украины. Армения – с базой РФ на территории и правительством, открыто бросившим вызов Москве. Казахстан – с русскоязычным севером и колоссальными ресурсами. И конечно Грузия – недоработка чекистов 2008 года. Удар вызовет осуждение, но ответа НАТО не будет.
Вероятности гибридных агрессий (спекулятивно): в Молдове 15-20%, Армении 10-15%, Казахстане 5-10%, странах Балтии – 15-20%. Но реальный риск – не разброс вероятности, а хвост: высокоимпактное событие при совпадении триггеров.
Путин – хищник на поводке Пекина, сплетённом из юаней, поставок санкционных чипов, "Силы Сибири-2". Поводок может ослабнуть: рука, держащая его, имеет собственные интересы. Если смертономика потребует новых жертв, раскол элит подтолкнет, а Китай отвернётся – прилететь может куда угодно: от Варшавы до Тбилиси. Все враги, кто не с ним – те, кто стоит на пороге в ЕС, и те, чья судьба решит – есть ли НАТО (о чем беспокоится бывший генсек).
За двадцать шесть лет так никто и не ответил на главный вопрос – не чего он хочет, а когда решит, что терять больше нечего.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
