Красная сотня

Прошла наша левая конференция, один из этапов формирования Национальной ассамблеи. Я вошел в список "красной сотни" делегатов в НА. Но не успела конференция закончиться, как уже послышались упреки из стана левых, которые в ней либо не приняли участия, либо пришли только в качестве наблюдателей: мол, это вам либералы своего Лимонова сбагрили, мол, ничего у вас не выйдет, и вообще — нужно всем на заводы идти с листовками, а не на конференциях заседать…

Бытие в данном случае точно определяет сознание: мне всегда интересно, кто именно критикует и выражает сомнения. Если это депутат Госдумы из фракции КПРФ, к примеру, вполне ясна его позиция: он уже всего достиг, зачем ему конкуренты? У него и трибуна думская вроде бы есть, и партбилет в кармане, и в нем же греет сердце коммуниста думская сотня тысяч рублей на ежемесячные расходы, прямо "не жисть, а Сорочинская ярмарка". Но далеко не все, считающие и числящие себя в разных партиях коммунистами, удостоились такого счастья. Правда, встает вопрос: а насколько такой вот субъект государственной машины может считаться левым? Что он на бюджетные деньги делает для народа, который его содержит своим трудом? Может, за повышение зарплат борется? А, как же — вот совсем недавно решили "красные" думаки заступиться за народ православный и добить троцкистско-бухаринское охвостье, каким-то фантастическим образом перешедшее из КПСС (!) по наследству в "Единую Россию". Ну не паяцы? И это в период роста забастовочного шахтерского движения… Ей-богу, такого не то что Жириновский, такого и Малиновский бы не учудил.

Еще слышится критика самой идеи создания Национальной ассамблеи из стана маргиналов и тех, которые левее левых. Ну, им, в отличие от думаков, вообще нечего терять, лучше бы продаться подороже… Однако малопартийность и сопутствующая ей узость взглядов полностью исключает такой вариант. И вот тут уже слышна некоторая аргументация — мол, зачем это нацболов записали в левые, а что они сделали для левого движения, а вот они какие были, такие и остались…

Еще один комментарий по поводу создания ассамблеи я слышал уже в широком кругу семьи: "Не готовите ли вы нам революций, спокойную жизнь нашу не хотите ли переиначить?". Правда, потом про эту же "спокойную" жизнь в том же кругу, от людей не самых бедных, я слышал уже негативные комментарии, и снова вопрос о революции встал на повестку дня: какая же это спокойная жизнь? Это скорее губительный конформизм и самопроедание, по определению "Гражданской обороны": наблюдать переделы и беззакония вокруг, но при этом сохранять спокойствие и быть частью переструктурирующегося общества, самой малой и безмолвной. В сущности, эта обывательская позиция нисколько не отличается и от позиции напыщенных думаков, и от позиции маргиналов, ибо она исключает действие, исключает гласность, исключает сцепление в нечто большее, нежели собственная бранная ячейка. И теперь об этом — подробнее.

Главная политическая проблема сегодня — уже не простое непонимание большинством населения России паразитарного характера экономики и ущербного способа распределения благ, а невозможность выдвинуть встречную, альтернативную идею — причем выдвинуть ее публично. Понятно, что разбивание бокалов в пакетиках на трибуне в Госдуме не агитация за социализм, при всем уважении к Алферову. Это отчаяние. Отчаяние тех, кто в условиях системы ничего не способен изменить, хотя местами и знает как. Однако мало знать, мало соображать — нужно действие, причем действие не субъективное. И вот здесь, кстати, взаимную помощь окажут друг другу нацболы и несистемные левые.

Произошедшее далеко не на последних президентских и думских выборах выдавливание реальных протестных ноток из публичного эфира ощутимо не только теми, кто лишен слова. Это закономерный итог верхушечного курса на стабилизацию, но отражающий настроения общества: его заинтересованность в спокойном течении событий, его боязнь рывков, боязнь протеста. Во многом из-за того, что дипломированные думскими мандатами бывшие протестанты смирились. А они — пример…

Тем не менее противоречия внутри российского общества растут. И у несогласной части должна быть трибуна. Вот и вся формула. Совершенно не принципиально, на чьи деньги эта трибуна будет воздвигнута: опыт Ленина и его идейного противника Черчилля, кстати, оправдывает в деле борьбы с системой любые гранты. Глупенькая и реакционная часть общества, очень страстно реагирующая на любую брутальность и государственность власти, уже испускает вой: ага, снова "оранжевые" подняли головы. Я как "красный" готов ответить вам за любого "оранжевого" — будь то Лев Пономарев, либо участник Координационного совета левых, который завтра соберется. Действие, деятельность, а не пустопорожнее теоретизирование сегодня выступает на первый план. И то, что партию нацболов запретили, кстати, — реальный критерий эффективности их, казалось бы, только пиарных экшенов.

Настало время, подросли кадры. Несколько лет в среде левых выдвигались критические и конструктивные тезисы по поводу сырьевой экономики и того, куда ее, трубу проклятую, нужно повернуть, чтобы нефть перетекла в высокие технологии и конкурентоспособность. Ну так это все и остается только статьями. Да, наши левые ресурсы читаемы и посещаемы, но что дальше? Мы что, только ради искусства все это писали?

Ленин до пролетарской революции проделал огромную теоретическую работу по обоснованию ее именно российского характера — вывел диктатуру пролетариата на первый план, выявил, так сказать, объяснительный принцип, альфу и омегу учения Маркса. У нас пока такой кристальности революционной теории нет, но есть вполне уже окрепшее стремление к смене типа экономики с сырьевого на производительный, как минимум. Но обсуждать это только на сайтах, увы, уже поздно. Нужна гласность, нужна по-настоящему (а не по-думацки) конструктивная, опережающая стратегия развития оппозиционного движения. Наравне с улицей нужна и трибуна, чтобы улица не корчилась безголосая: ведь акции протеста госСМИ показывают с искаженными комментариями. Если принять позицию относительно Госдумы (которую и вошедшие в нее депутаты от КПРФ разделяют), что она нелегитимна, то вполне закономерно формирование альтернативной Думы, где будут действительно думать и предлагать действовать не скомпрометированные связями со Старой площадью персоны.

Критикуемые левыми со всех сторон нацболы прожили тяжелейший этап своей судьбы — фактически подполье. Этот этап сравним с периодом жизни РСДРП(б) между первой и второй (уже победоносной) русскими революциями. Очень важно выйти на новый уровень умными и даже осторожными, но не в ущерб тем идеям, которые в состоянии разрушить несправедливый способ распределения общественных благ в его нынешнем российском виде. И конечно же, после подполья трудно разгибать спину — так левые и должны помочь подпольщикам. Свет публичной трибуны будет резать глаза, но именно здесь должно быть выражено все то, что выстрадано, написано, напроектировано в подполье.

Да, Национальная ассамблея будет своеобразным ристалищем идей, здесь либералы неизбежно схлестнутся с левыми. Но вот какой конструктивный заложен элемент в проект ассамблеи: здесь будут обсуждаться не идеологии и не прошлые попытки реализации идеологических программ, а будут обсуждаться проекты улучшения экономической и общественной действительности. А тут уж не до ругани. Даже либералы сегодня вынуждены признать гибельность "трубного" развития России — тут-то слово и берут левые. Путин с его "чекистами" просто обречены были стать легитимизаторами этого экономического позора, но в последнее время хоть пытались прикрываться демагогией про инновационность, про "экономику знаний". Все это только слова. А вот для оппозиции такая политика не подходит по определению.

Если мы выдвинем публично такой конструктив, от которого не сможет отказаться общество, то либо и власть от нашего проекта не сможет отказаться, либо просто общество откажется от этой власти.

Политика команды "чекистов", модифицировавшая принцип 90-х "наворовал — слинял" в "приврал — наворовал — готовь преемника", себя исчерпала, как и последний ее блеф под названием нацпроекты. Общество и его отношения с властью держатся на очень тонком волоске — пока хватает госпиара, терпения и надежд. Но вот майский скачок цен весьма отрезвит тех, кто уже сейчас соизмеряет свои доходы с растущими поборами во всех сферах социально-бытовых услуг. Те, кто согласно властвующему капиталистическому мифу считал себя собственниками наравне с олигархами (только поменьше рангом собственниками), станут скоро пролетаризированы по самое никуда. В России будет то, что в Египте. А если зазвенят витрины и разбегутся по недвижимостям своим зарубежным наворовавшие, то необходима будет параллельная и ответственная ветвь общества, которая не просто знает, что происходящее плохо, но и знает, как улучшить происходящее.

Нужна кристальная ясность происходящего. В ситуации роста цен государственные СМИ просто войдут в конфликт с реальностью и либо заткнутся, либо встанут на сторону тех, кто властью и ценами недоволен. Нужно честное видение тупика, в который нашу страну завела труба, а такую кристальность и отчетливость сможет обеспечить только общественная трибуна, такая как ассамблея, с которой только и станет видна дальнейшая перспектива — буржуазно-демократическая революция.

Скинуть ореол святости с трона нефтепродавцев. Лишить олигархическую власть патриотической ширмы. Обнародовать бесчисленные "дела ЮКОСа" в отношении властвующих персон — ибо их метод "дозированной правды" затянет прозрение масс на долгие годы в целях обворовывания этих масс все новыми "патриотическими предпринимателями". Честные и прозрачные выборы, широкий доступ к видимости экономических и политических процессов, включая самые "верхние", включая переделы и прочие тайны кремлевского двора. Вот повестка дня Национальной ассамблеи и, быть может, буржуазной революции, которую совершат не сектантствующие "рабочисты", не либералы и не коммунисты. Кто же ее совершит и когда? А вот когда упомянутые объединятся уже на надстройке ассамблеи — тогда и поговорим.

Дмитрий Черный